История боулдеринга по версии Мика Уарда

Пишет Дарья К, 28.09.2015 14:24

История боулдеринга по версии Мика Уарда (Скалолазание)
Когда мы посещаем скалолазные районы и видим боулдерингистов с креш-пэдами, боулдеринг кажется неотъемлемой частью скалолазания. Десять лет назад было странно увидеть человека, поднимающегося в горы и несущего за спиной высокий мягкий мат. Боулдеринг стал массовым увлечением и останется таким надолго, хотя более ста лет оставался на периферии “правильного” (то есть рискованного) скалолазания. Такое отношение было сломлено в 1990-х, когда Бен и Джерри начали лазить боулдеринг. Никто не осмелился назвать их “неправильными” скалолазами.



Боулдеринг стал настолько популярным, что мало кто помнит о других временах. Я помню, как Пол Митчелл (Paul Mitchell) показывал Crescent Arête (5+) и Not To Be Taken Away (6C) в начале 1980-х. Нам они казались микро-маршрутами 6а. Не было матов, страховки или страховщиков.
За несколько лет до прохождения Crescent Arête и Not To Be Taken Away Драммонд (Drummond) пролез Banana Finger. В неповторимом стиле он описал маршрут непомерно длинно (“ерзающая” смена пальцев - самое запоминающееся из его эссе). Был ли этот микро-маршрут боулдерингом? Никто не знал. Никого не беспокоило соответствующее описание. Мы просто наслаждались “ерзанием”.
Образцом боулдеринга 6b был Technical Master. Не думаю, что кто-то всерьез предлагал назвать его маршрутом. Он находился посреди карьера. Если у вас получалось залезть, вы получали скудную долю славы. Боулдеринг не воспринимали всерьез, значение имели маршруты.
Конечно, мы знали о Джоне Гилле и его преданности искусству боулдеринга. Гилл, как и Драммонд, считался феноменом. Хотя скалолазание считалось бунтом. В отличие от Драммона, Гилл не обладал огромным эго, хотя никто из нас не был с ним знаком. Он казался легендой. Позже появятся другие легенды, такие как Холловей и Гаскинс. Конечно, он заслужил уважение: подтягиваться на одном пальце нелегко. Он пролез сложное соло The Thimble с немыслимым приземлением. Он не трус. По эту сторону Атлантики мы пытались расшифровать его коаны, как, например, легендарный: “Иногда я могу схватить зацепку, но не проблему…” Мы не понимали Гилла. Он казался безобидным хорошим парнем, который лазит что-то другое. Учитывая, что он мог лезть технически более сложные вещи, чем кто-либо другой и у него была воля, казалось позором, что он не занимается маршрутами. Но мы уважали его выбор.
В эссе 1960-х “Игры, в которые играют скалолазы” Лито Техада-Флорес (Lito Tejada-Flores) предположил, что полезно разделить скалолазание на серию “игр”: «Скалолазание - это не однородный спорт, а коллекция разных взаимосвязанных активностей, каждая из которых имеет адептов, особенности рельефа, проблемы и удовольствия и, что важнее, собственные правила. Таким образом, я предлагаю рассматривать скалолазание [и альпинизм] в целом, как иерархию игр, у каждой из которых свой набор правил и игровая площадка».
Техада-Флоренс выделил 7 скалолазных игр, первая из которых боулдеринг: “...следует отметить, что основы боулдеринговых правил исключают не только страховку, но и напарников. Боулдеринг - соло лазание. Когда мы видим лазание соло любого уровня сложности, оно представляет собой применение правил боулдеринга к другой скалолазной игре. Эта игра встречается во всех странах, где существует скалолазание, хотя количество скалолазов, специализирующихся на ней, относительно небольшое”.
Когда Техада-Флоренс писал “Игры, в которые играют скалолазы”, был только один международный боулдеринговый район Фонтенбло, который развивался десятилетиями. Вы прыгаете в фургон, несетесь из Йоркшира, карабкаетесь несколько часов, плететесь обратно в машину и направляетесь в Альпы. Помимо путешествий в Шамони, Фонт имел большое значение для скалолазов Парижа. Если не было возможности выбраться в Saussois, то это все, что у вас было.
Фонт - или “Бло”, как называют его местные - породил техничных французских скалолазов. Но что они делали, когда добирались до скал? Они прекрасно себя чувствовали, раскачиваясь на страховке! Когда в 1970-х годах открыли Вердон, все прекрасно знали, что британцы могут наматывать круги, когда доходит до “правильного” лазания.
Оглядываясь назад, кажется странным, что ни французы, ни британцы не рассмотрели столкновения парадигм. Ведь у нас много скал высотой от 30 до 300 футов (примерно 10-100 метров), на которых можно заниматься свободным лазанием. Можно было провести много времени на Cloggy, но только потому, что вы могли провести там много времени. Вас мог прогнать дождь, но вы едва ли попадете в лавину или шторм. В Шамони лавины и шторма были частыми явлениями. Лезть быстро значило использовать точки страховки, а не бесплодные поиски расклада для свободного лазания. Тогда как отказ от страховки на высоте 10-100 метров был значимым, на высоте 1000 метров маршруты выглядели тривиальными. Честно говоря, кому было дело до того, что ты висишь на стропах? Почему не сделать все, чтобы подняться наверх быстрее и безопаснее? В Альпах скорость была лучшим другом.
Проблема французов была в том, что у них был известный, хорошо разработанный боулдеринговый район, скалы среднего размера и Альпы. Они применяли альпийскую технику и методологию (ИТО) к скалам среднего размера. Поколение гениев техники было растрачено впустую.
Конечно же, были пионеры в Великобритании, Франции и по всему миру. Всегда есть пионеры, часто обделенные вниманием, как Флиппер Фитц (Flipper Fietz). Конечно, кто-то из тех, кто постоянно тренировался в Фонт, делал сложные движения в Альпах. Американский скалолаз Майкл Тобиас (Michael Tobias) преодолел весь путь от Америки до Шамони для первого прохождения боулдеринга. Когда он услышал, что йоркширский маэстро боулдеринга Аль Мэнсон (Al Manson) планировал провести две недели в Фонт, а не в Альпах, он считался буйно помешанным. Боулдеринг на скалах Almscliffe и Caley считался интересным, но не имеющим большого значения. Не было сомнений, что он мог лазить настоящие проекты. Было жаль, что большую часть времени Гилл и Мэнсон не хотят лазить что-то стоящее.
Пионеры страдают от пренебрежения. Я могу вспомнить, как Аль говорил в телевизионном интервью, что боулдеринг - это “как лезть самую сложную часть тяжелого маршрута”. Тогда я подумал: “Черт побери, он же абсолютно прав!”
В 1970-х Джон Сиретт (John Syrett) и Пит Ливси (Pete Livesey) поняли, что скалолазные тренировки могут улучшить результат. Сначала основной тренировкой были лазание траверса на выносливость Ливси - полезная тренировка для продолжительных маршрутов на известняке, появлявшихся в то время. Задачей было наработать способность сделать множество движений маршрута 5с/6а с небольшим отдыхом. Хотя в статье “Форма того, что будет” Ливси писал, что движения маршрутов 6b и 6с делаются на стене в Лидс. Во времена, когда 6а считалось пределом прохождений на скалах, это было смелое заявление. Ливси исходил из предположения, что когда такие движения будут сделаны на скалах, сложность перепрыгнет несколько категорий. Он был прав.
В статье конца 1970-х Ливси выделил 3 типа сложности маршрутов: тяжелые с хорошей страховкой, длинные и предельно опасные. Для первого типа сложность состоит в “движениях”. По сути это был боулдеринг с веревкой - подход, который применил Джим Коллинз (Jim Collins) на Psycho Roof и Genesis.
В начале 1980-х французы очнулись от коллективной задумчивости. Первые 7а были пройдены при помощи скайхуков на ужасающих стенах Mont Saint Victoire. И они правильно поняли, что это похвальное достижение было сомнительным подходом к лазанию физически более сложных вещей на скалах. Как можно сконцентрироваться на движении, если при нечаянном проскальзывании ноги можно умереть? У французов не было культуры страховки закладками, а скайхуки считались основой страховки. Решение? Шлямбура, отработка движений, редпоинт. Все это содержалось в термине “французский стиль”. С учетом того, что физическую форму набрать относительно легко, вы могли взять технику Фонта в Бьюикс. 7а быстро превратились в 8а, а потом и в 8с.
В начале 1980-х один скалолаз был одержим тем, чтобы стать лучшим. Джерри Моффатт непрестанно искал и улучшал тактики, которые дали бы ему преимущество на соревнованиях. Он тренировался на крыше Тома, чтобы пролезть Psycho Roof и на камнях Minus Ten Wall, чтобы пролезть Genesis. Джерри использовал боулдеринг, чтобы воспроизвести ожидаемые сложные движения на Psycho и Genesis. Он обладал гениальным даром предвидения, чтобы увидеть концептуальную связь между потрепанными мелкими проблемами в Stoney и известными во всем мире маршрутами. Он быстро повторил Psycho и Genesis и залез флеш Supercrack и Equinox. Ужасно забившись на Supercrack, он смог восстановиться на пассиве так, будто он всю жизнь висел на них в сырой пещере в Stoney. Репликаты работали. Мастерство боулдеринга можно было применить на “боулдеринге в небесах”. Замечательно, что Джерри написал: “После этого я провел большую часть поездки, боулдеряя в Horsetooth и Flagstaff, часто делая вторые прохождения и повторы проблем Джона Гилла”. В той поездке Джерри попал под влияние легенды американского скалолазания Джона Бачара, который аналитически исследовал способ улучшить способности лазить. Боулдеринг был ключевой частью тренировочного репертуара Бачара. Джерри был у ног гуру скалолазных тренировок, он внимал каждому произнесенному слову.
В 1984, когда Джерри сделал второе прохождение и первое прохождение шедевра Бена Муна под названием Statement of Youth в течение одного дня, он упомянул, что за прошедший год пролез всего несколько маршрутов (большую часть из них вчера). “И что же ты делал?” - озадачено спросил я. “Боулдерял,” небрежно ответил он. Это казалось странным. Зачем лучший скалолаз мира тратит время на боулдеринг? Для обычных скалолазов, таких как я, он гроша ломанного не стоил. Мне никогда не приходило в голову связать Cressbrook Dale и маршрут Statement.
В 1985 г. Джерри отправился в Йосемити, который славился лучшими боулдеринговыми проблемами в мире. Рон Каук впервые пролез Midnight Lightning в 1978 г. Вскоре после этого на нем преуспел Джон Бачар. После известно только одно повторение талантливым калифорнийцем Скипом Гуэрином (Skip Guerin). Джерри сделал 4-е прохождение. Midnight Lightning остается культовым боулдерингом для тысяч скалолазов, независимо от того, были они когда-нибудь в Йосемити. Он занимает центральное место в скалолазной Мекке. Midnight Lightning был полностью самодостаточным явлением. Он не считался тренировкой перед Эль-Капитаном. Залезть Technical Master было неплохим показателем, залезть Midnight Lightning означало попасть в зал славы. Возможно, это была первая боулдеринговая проблема, которая сделала этот вид полноправным.
Понадобилось целое десятилетие, чтобы боулдеринг получил массовое признание. В конце 1980-х Jason Meyers практически перестал лазить маршруты в пользу боулдеринга. Таким как я казалось, что Джейсон не выдержал нагрузки. Я не оценил, какой он сделал поразительный вклад в британский боулдеринг. Несколько лет спустя, когда Джерри первым пролез Barrel Traverse и Jerry's Roof в один день, Джонни Доуз (Johnny Dawes), который показал ему эти не пройденные проблемы, не казался расстроенным. Первое прохождение боулдеринговых проблем не считалось достижением. Но не для Джерри.
В 1980-х элита лазила маршруты, в 1990-х массы считали их основой скалолазания. Так появилось “комфортное скалолазание”, психологически нетребовательное прощелкивание оттяжек, настолько безопасное, насколько оно может быть. Развитие стендов сделало скалолазание “комфортнее”. Легкий боулдеринг представляет преимущества “комфортного” скалолазания. Чтобы он получил такое же распространение, как и сложность, нужно было выполнить одно условие - безопасность. Появились боулдерматы. Как и с прошлыми улучшениями, такими как магнезия и френды, как только джинна выпустили из бутылки, его невозможно было загнать назад. Олдскул боулдеринг предполагал сложные движения недалеко от земли. Если вы могли видеть свою подставку под пиво, значит, все в порядке. Олдскул боулдеринг - пролаз карнизов прямо над землей. Если вы соскользнете или сломается зацепка, не будет времени или пространства, чтобы успеть предотвратить приземление на спину. Гимнастическая страховка и крешпады (2, 3 или сколько хотите) поставили крест на опасностях, с которыми никто не хотел мириться.
В результате боулдеринг быстро стал популярным. Магазины снаряжения, которые раньше продавали 1-2 крешпада в неделю, стали продавать в 50 раз больше. Большую часть времени мы не пытаемся повторить классические линии прошлых поколений, мы хотим развлечься, не напрягаясь сильно. Крешпады и страховка позволили Гарри и Гарриэт Хардор раздвинуть границы возможного при прохождении жестких микро-маршрутов. Занимаясь, они развивали силу, философский камень скалолазания. И Бен, и Джерри использовали боулдеринг в качестве тренировки и самостоятельного явления. Популярность Фонт и отдельной системы категорирования сделали боулдеринг самодостаточным. Следующим шагом было наименование боулдеринговых проблем. Затем появились боулдеринговые гайдбуки. Появились стенды, предназначенные для этого некогда тайного искусства. После 100 лет забвения, боулдеринг привлек массы и получил признание.

Источник: http://www.ukclimbing.com/articles/page.php?id=6068
Перевод: annamavka

18


Комментарии:
Войдите на сайт или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий

Страхование экстремальных и активных видов спорта

Выберите вид спорта:
По вопросам рекламы пишите ad@risk.ru