Брат. Продолжение....

Пишет niska, 29.12.2007 14:18

..."Вот же пустельга кучерявая" — причитала мать — "мало ему гастролей с леб...ядями этими умирающими, так нет, совсем ополоумел-к басурманам подался. Нашел я, говорит , Шахризаду.Вот же еперный театр-у наших штоль нет такого заду, в тьмутаракань за этим добром поперся. Взять хоть Капочку, что над нами живет. Всем шахризадам шахризад. Опять же на стены не лезет как эти фурии восточные-чемпионки они видишь ли".


Меня после Вовкиного отъезда долго пытались от тайги да от скал отвадить. Даже велосипед купили. Да куда там. Братан перед отъездом поручил своей зазнобе приглядеть за младшим. А мне сказал:"Найдешь в общаге мою Наташку, она тебя к Спартакам определит".
Общага Нархоза была как раз в нашем дворе , ну я и пошел искать. Так помню и спросил: "Где бы мне найти Горбуновскую Наташку?"
И все бы ни чего. Только Наташек оказалось трое. И всем троим я поручен. Благо девчонки оказались мирные. Они решили, что я за брата не в ответе, и что отныне они мои таежные сестры. Так и стал я частым гостем не только в компании Спартака, у Ангарчан и Универов, но так же и в той самой общаге на разных студенческих сборищах. И до самого, теперь уже моего отъезда, нет нет да слышал: "Горбунов делал так, Горбунов учил эдак".
Но окромя этого, говорилось там много поучительного, полезного и вообще разного. За выходные наслушаюсь, помню, так, что учителям с воспитателями в интернате недели не хватало на комментарии. А историчка, та просто вздрагивала если я руку на уроке поднимал.
Про Вовку на зимовьях часто спрашивали. И я наизусть рассказывал всякую лабуду из его писем. Да и другим он писал. По его письмам несколько человек даже тренировались. По тем же письмам, два активиста-скалолаза пытались "приобрести" на каменоломне перфоратор по образцу Космачевского, чтобы наделать на Витязе анкеров как на Илийских скалах. Но кажется добыли только парочку метровых буров по 30мм в диаметре, и то погнутых о березы, за которые добытчики прятались от погони.
Сам же я, по причине возраста, не допускался не только на соревнования, но даже к лазанию с веревкой. За то на хитрушках (теперь это болдрингом зовут) откровенно глумился над мужиками. Относительная сила хвата в 13 лет всегда выше чем у взрослого, конечно если он не Циклоп типа Амира Минбаева, а мелкие пальцы используют зацепы, для Цыклопов бесполезные и можно сказать несуществующие.
Но все хорошее когда ни будь кончается и начинается еще лучшее. В 1973г, после смерти родителей я конечно же оказался в стольном городе Алма-Ате.
Шахеризада оказалась блондинкой .

***

[b]Так выглядела в 1970 году с тогда еще Веригинского привалка тогда еще Алма-Ата[/b]
www.lyakhov.kz


Шахеризада оказалась блондинкой и одной из первых красавиц Алма-Атинского скалолазания. Чемпионка КазССР по скалолазанию Любовь Дробышева была МС по спортивной гимнастике, выпускницей института физкультуры и профессиональным тренером по той же самой гимнастике. Не зря таки братан ехал в такую даль, как оказалось.
Но главное, что с этой встречи с Любаней и начался , как мне кажется, тренер — Горбунов Владимир Александрович. Именно эта связка тренера-энтузиаста по скалолазанию и дипломированного тренера по гимнастике и стала отправной точкой к созданию "методики подготовки скалолаза на основе раздельной отработки двигательных стереотипов".
Такую методику технической подготовки применяли и применяют по сей день во многих видах спорта, и только скалолазы и альпинисты до сих пор не опускаются до таких глупостей.
В моем переезде в Алма-Ату Люба приняла самое деятельное участие. Семейка у нее была еще покраше нашей. Поэтому жили они с Вовкой в какой-то времянке 3 на 2 метра, но отдельно. Мое появление, конечно же, комфорту ей не прибавило, но я ни разу об этом ни слова от нее не слышал. Именно она договорилась о моем зачислении в школу в середине учебного года без соответствующих документов. Я то привез только свое личное дело, которое спер из кабинета директора интерната, а требовали оформление опекунства и много чего еще. А что мне понравилось в ней в первый же день, так это то, что у нас совпал размер ноги, и я заимел первые в своей жизни кроссовки. Благодаря этому через шесть часов по приезду я, конечно же, попал. Попал я на тренировку.
Оказалось, что и Братан, и Люба занимаются в секции Спартак у Б.А.Студенина, про которого я слышал сказки и легенды еще на Иркутске, на таежных зимовьях, и читал в альманахе "Побежденные вершины". И вдруг вот он. Смотрит на меня со своей особенной усмешкой, на которую невозможно обидеться.
— А это что еще за альпинист такой появился? Прямо Бухенвальд какой-то. Младший иркутятина, что ли? Ладно Володя — под твою ответственность.
— Сейчас. Альпинисты по плану на кросс, скалолазы с Горбуновым в зале. Основную часть вместе — Володя знает, что делать, вперед.
Оказалось, что "Великий и ужасный" доверяет Вовке самостоятельно проводить тренировки своей секции, а скалолазы, те вообще тренируются у Горбунова. Вот я и попал.
До того времени слово "дисциплина" вызывало во мне довольно резкую ответную реакцию. И я не предполагал ,что дисциплина спортивная придется мне по нутру. С того вечера я не пропустил ни одной тренировки в течении полутора лет, пока меня не отстранили от занятий в наказание за плохую учебу.
Просто Вовка рассказал, а потом и показал на примерах, что пропускать тренировку — значит терять результат уже сделанной работы. И моя лень заставляла меня работать лучше всякого кнута и пряника. То же самое и с интенсивностью процесса. Выполнение упражнения "до упора" выполнялось именно так, как читается. Потому что именно последние движения на пределе дают максимальный тренировочный эффект. Но тут, кажется, переборы случались.
У кого-то болели мениски, у кого-то перенапряжения случались, а у меня, к примеру, вообще на бицепсах появлялись точечные кровоподтеки, чего-то там рвалось. И хотя звучит это страшновато, но это обычные издержки для любого настоящего вида спорта, к которым альпинизм и скалолазание толком-то и не отнесешь. Особенно в те 70е годы. Но это так, к слову. А я это все к тому, что вдохновить, настроить или заставить работать, Володя умел. Мне до сих пор жалко смотреть на людей, которые тренируются абы как и с перерывами, а потом тщетно ждут результата таких тренировок. Спортивные травмы им, конечно, не грозят (хотя тоже вопрос), но и КПД от выполненной работы и потраченного времени, как правило, мизерный.
Моя жизнь после приезда в Алма-Ату поделилась на время тренировок и время между оными. Очень сильно, помню, мешала учеба в школе. В Иркутске к середине восьмого класса я учился почти на пятерки. Но в связи с переездом и пропуском почти в два месяца точные науки оказались запущены, а любовь Татьяны с Онегиным я считал их личным делом и обсуждать ее со всем классом отказывался.
И вообще…спал я на уроках.
Зато как интересно было все остальное. Секция скалолазания в Спартаке , это было что то. Спустя годы все, кто прошел через команду Горбунова, вспоминают эти времена, как что-то светлое в своей жизни. Хотя у многих случались ссоры и разногласия с тренером, в целом у всех осталось ощущение общей увлеченности, интересной работы и приключений. Такую атмосферу в секции создавал в первую очередь Володя. Сам он только и жил этими тренировками, соревнованиями, походами, и ему , как мне школа, мешала жить работа. Поэтому долгие годы работал он в студенческом режиме шабашек. То вагоны грузить по ночам , то в каких-то бригадах стройкой заниматься, то еще чего придумает. Главное, чтобы можно было бросить в любой момент, никого не подводя, и ехать на сборы, соревнования, или в альплагерь. Ну, а служба в армии ему не грозила еще с Иркутска, так как списан он был еще в допризывном возрасте как паралитик, а потом еще и близорукость развилась, несовместимая с армией. При этом в тире мало кто мог с ним посоревноваться в стрельбе по огонькам. Да и драться с ’Бешеным’ тоже мало кому рекомендовалось .
Надо заметить, что специального отбора для приходящих в нашу секцию не было. Может быть, потому, что тренер знал, что это такое - быть за бортом. Поэтому многие из нас были как тот шмель, который по аэродинамике летать никак не может, но все-таки летит. Благодаря этому спорт коснулся и дистрофиков, и диабетиков, и инвалидов детства. А сердешных со всякими там пороками, так их просто стада тучные бегали на тренировках. Некоторые из этих “порочных” через некоторое время навсегда про диагнозы свои забыли, правда, на стены лезть начали. Ну, оно и понятно. Видать, от избытка чувств.
Люба в то время работала тренером по гимнастике и тоже зарабатывала так, слезы. Но жили весело. Братан давно перечитал всю Любину литературу времен ее учебы в институте. И семейные споры сводились к вопросу, как приблизить тренировку скалолаза к тренировке, скажем, гимнаста. Причем не только в плане С.Ф.П, но и в технической подготовке. Вопросы безграмотного скалолаза запутывали физиологию, биомеханику и биохимию в клубок проблемы, стоящей перед скалолазом при прохождении трассы. А дипломированный тренер пыталась этот клубок распутать. В течении первых шести месяцев, пока мы жили вместе, это была моя колыбельная песня.
Потом, на тренировках, плоды этих семейных сцен пытались донести до масс тренирующихся. Но часто эти попытки заканчивались фразами типа: "Ипполит!!! Ну какой же вы тупой".
Из чего напрашивался вывод, что методика сыровата. Но никогда наши вопросы-ответы с тренером нельзя было сравнить с песней "Я спросил у тополя".
Ответ всегда был более грамотный и аргументированный, чем ожидалось.
Над Вовкиными "Горбунками" тихо посмеивались, глядя, как они делают что-то непонятное на скалах. Самого Горбунова обвиняли, чуть ли не в садизме над спортсменами. Но результаты росли, а что до остального — если собаки лают, значит, караван идет.
В первый же соревновательный сезон я стал Чемпионом Казахстана среди юниоров, обратив еще большее внимание на Вовкину методику. Тем более, что возраст юниоров тогда был 21 год, а мне ажно 14 стукнуло, и дистрофия мышц (от рождения) была видна невооруженным глазом. А если любой из моих соперников — "юниоров ", в плане О.Ф.П. мог меня соплей перешибить, но при этом проиграть на скале, стал быть, техника лазания у меня на порядок оптимальнее, чем у них.
Но так как в Алма-Ате хватало авторитетных тренеров, на Вовика посматривали с высоты и с иронией. Тем более что был у него огромный минус. Не умел он организовать материально-финансовую составляющую для своих спортсменов. Ни транспорт для поездки на скалы, ни выезды на крупные соревнования, ни сборы. Все это зависело как раз от тех, кто над ним и посмеивался. А договариваться он как раз и не умел. Сперва в силу возраста, а со временем и в силу характера, который с годами становился все тяжелей.
Со временем начал образовываться все больший разрыв между его методиками, теоретической и практической. И причина была не в нем. Большинство из нас хотели просто лазать по скалам, тренироваться в свое удовольствие, общаться между собой. Скалолазание для большинства из нас было делом проходящим. И нам, как зайцу стоп-сигнал, нужны были его тренерские изыски. Никто не собирался заниматься этим делом всю жизнь, как наш тренер. Кто-то уходил в дом, семью, работу. Кто-то в альпинизм или в другие секции, где были лучшие условия в плане организации. Но школа, полученная у Горбунова, выделяла почти любого из его учеников, куда бы те ни уходили.
Ведь кроме спортивных навыков он давал много других уроков. В книжках альпиниста это звучало примерно так: "На маршруте инициативен, активен на бивуаке".

http://citadel.bstu.by

Хотя мнения на этот счет есть разные, как то:
"…..Горбунов отличался маниакальной любовью к строительству площадок (стоянок)". Кто-то запомнил только это. Но некоторым повезло больше. Особенно тем, кого коснулся альпинизм через пекарню ал "Талгар". Братан ведь и альпинизмом занимался. Но тоже своеобразно.
При первом своем посещении лагеря в 71, кажется, году он остался там работать пекарем и пек хлеб каждый сезон, пока в 79г. этот лагерь не снесло селем. А вышло как?
После первой смены того года старик пекарь, который там работал со дня основания лагеря, разругался с директором, плюнул в корыто для теста и ушел в город. Дороги в лагерь не было. Готового хлеба на лошадях не навозишься. Несколько попыток менять пекаря провалились еще в прошлые года ( да печь у вас другой системы…). Хоть лагерь закрывай. Но путевки-то проданы, народ уже поднимается по тропе. А тут этот "Иркутятина" директору всю плешь проел:
"Оставьте еще на одну смену. На любую работу согласен за пару восхождений".
Его и оставили…..пекарем.
"Не сможешь хлеб печь, лепешки жарить - будешь с утра до ночи без всяких гор и с плохой характеристикой в книжку альпиниста".
Короче, испугал козла капустой.
Не знаю, сколь кубов дров и мешков муки Вовка перевел, пока научился, но воспоминания о хлебе талгарском я еще в прошлом году слыхал. А это, почитай, уж тридцать лет как прошло. Когда я появился в "Талгаре", Вовка уже и бойню к рукам прибрал. Коров-то в лагерь своим ходом, живьем загоняли. А за мной еще и сапожку закрепил. Вот и практиковались юноши с нашей секции в этаком тяжелом альпинизме. С другой стороны — с хлебом горячим, мяском парным и в триконях вострых. Опять же жилье самое теплое во всем лагере. Пекарня-матушка. Только бы сил хватило после трех выпечек на гору взгромоздиться. Замесить триста с горкой килограммов теста — та еще песочница — наиграаааешься. Вот и стимул всю зиму тренироваться. Но уроки те талгарские свистом не опишешь, сложная музычка получалась. Мигом пацаны мужали, и сладить с ними, с мужиками теперь уже взрослыми, не всегда у Вовки получалось. Другой калор с мамзелями, как наш папа говорил. Но то отдельная песня...

http://www.mountain.kz/

62


Комментарии:
2
Спасибо, Юрий!
Здорово пишете! Читаю с большим удовольствием!
Тем более, что знаком с некоторыми персонажами: работал в МАЛе у Студенина, а с Исааком Корбухом - отцом спортивного скалолазания Камчатке нахожусь в добрых отношениях и периодически встречаюсь на разных камчатских скалолазных и альп. мероприятиях.
Жду продолжения!

2
+10

Войдите на сайт или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий

Страхование экстремальных и активных видов спорта

Выберите вид спорта:
По вопросам рекламы пишите ad@risk.ru