Книга об Альпах

Пишет ayelkov, 15.04.2009 17:19

Эндрю Битти. Альпы. От Любляны до Лиона и от Мюнхена до Милана. Изд. Эксмо. 2008 (серия Биографии великих стран) — 384 стр. с иллюстрациями.

Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Купил в обычном книжном магазине, прочитал с интересом и рекомендую всем. Популярный обзор истории освоения Альп - на русском языке, наверное, самая лучшая подобная публикация. Альпинистская часть показалась не очень сильной, наверное, и в других частях полно ошибок и в фактах, и в суждениях. Однако некоторые места очень понравились....





Из аннотации: Альпы - уникальная горная система, которая протянулась через территорию шести европейских стран - Словении, Австрии, Германии, Швейцарии, Италии и Франции. Вершины Альп - Монблан, Айгер, Юнгфрау и другие - всегда притягивали к себе восходителей. Альпы также - не только тысячи пиков, долин и озер, но и многочисленные города, сыгравшие заметную историческую роль, например Гренобль, Люцерн и Инсбрук. На протяжении веков за эти горы сражались империи, их восхваляли поэты, исследовали ученые, ими любовались туристы. Альпы - намного больше, чем просто горы, в чем убедится каждый, прочитав эту книгу
..........................

Стр. 186....

В трагических, странных и противоречивых обстоятель­ствах, окружающих смерть Людвига, неким образом отрази­лась грандиозная нелепость всей его жизни. В 1886 году Люд­вига подвергли обследованию психиатров и на основе меди­цинского заключения объявили невменяемым и неспособным править государством. Его отправили в замок Шлоссберг на берегу озера Штарнберг, к югу от Мюнхена, а несколько дней спустя он утонул в озере. Как позднее открылось, сообщения и документальные свидетельства о его смерти были поддела­ны или изменены, что стало основанием для разнообразных теорий о возможном убийстве короля. Никаких доказательств этому до наших дней не обнаружено. Но каждый год 13 июня на берегу озера Штарнберг проводится скромная церемония возложения венка в память о смерти Людвига. В 2000 году в специально построенном театре на озере Форггензее, рядом с Нойшванштайном, состоялась премьера мелодраматическо­го мюзикла «Людвиг II». Спектакль, идущий с подзаголов­ком «Стремление к раю», сочетает в себе вымысел и мону­ментальное историческое зрелище, он прославляет жизнь и превозносит деяния одного из самых необычных персонажей европейской истории.

Бессмертные призраки и горные великаны



Таким замок задумывался
Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Таким получился
Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Пожалуй, необходимо указать вот на какую особенность Людвига — или, конкретнее, Нойшванштайна, которая действительно отличает их эпоху от предшествующих: суть в том, что прежде Альпы считались местом странным, чуж­дым человеку и внушали страх. Средневековые рыцари, по­строившие первую крепость Хоэншвангау, никогда бы не подумали, что спустя столетия этот отдаленный замок с его окружением способен будет воспламенить воображение принца и станет идеальным местом для воплощения грез о королевской резиденции. То, что мечтательному Людвигу представлялось романтической декорацией, для человека Средневековья было обиталищем демонов и логовом волков; для рыцарей Хоэншвангау лес служил охотничьим угодьем и годился в качестве укрытия, но семь столетий спустя, ког­да Людвиг задумывал Нойшванштайн, благодаря целому ряду революционных переворотов в науке и искусстве горы воспевали за их идиллическую красоту, они уже не рождали страх как место обитания дьявольских созданий. Во многом благодаря этим колоссальным сдвигам в мировоззрении Людвиг сумел увидеть в альпийском ландшафте Баварии подходящие декорации, в которых будет хорошо смотреться оригинальный и живописный результат его прихоти.

История того, как на протяжении веков изменялись и за­ново складывались представления об Альпах, о них, начи­нается со Средневековья. К тому времени, как мы видели, поля в долинах возделывались уже тысячелетия, а торговлю через горные перевалы люди вели начиная, по меньшей мере, с эпохи Древнего Рима. Богатые полезными ископаемыми пласты, сокрытые глубоко в недрах гор, долгое время опус-тошались ради золота, серебра, медной и железной руд. Зам­ки, наподобие высящегося в Хоэншвангау, строили на гос­подствующих над долинами холмах или на берегах озер. Но очень немногие осмеливались отправляться к самим горным пикам, ибо выше альпийских горных лугов раскинулось цар­ство чудовищ и бесов, которые порой обрушивали ужасные бури и камнепады на тех, кто имел несчастье поселиться у них под носом. Эта зловещая территория не была нанесена на карты и не была исследована. До сих пор ни у кого и мысли не появлялось о восхождении на горы; да и зачем? Предпри­нять подобное несомненно означало бы восстановить против себя злобных тварей и неупокоившихся призраков, которые нашли себе пристанище среди суровых скалистых утесов и неприветливых ледяных полей.

Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


В Альпах известно великое множество историй и легенд о ведьмах, бесах, великанах и диких тварях. В Средневеко­вье в каждой долине, а в действительности — в каждой де­ревне охотно рассказывали и пересказывали свои сказки, и из поколения в поколение передавали свойственные только этим местам суеверия. Даже в XIX веке хребет Катиначчо в западных Доломитах, отдаленный уголок крутых скальных стен и глубоких долин, местный судья и литератор Теодор Кристоманнос называл «вратами в царство бессмертных призраков и горных великанов». В Баварии, рядом с Берх-тесгаденом, есть гора Ватцман, с которой, как и со многими горами в Альпах, связаны страшные истории. Острые пики этой пугающей горы — два больших зубца, семь меньших, — как говорили, представляли собой короля-садиста, его ко­ролеву и их детей, превращенных в камень в наказание за тво­римые ими в округе ужасные жестокости и зверства. В дру­гой части гор обитатели крошечной сельскохозяйственной коммуны в Шамони отлично знали, что гора, сверкающая снежной шапкой над ними, называется не Монблан, а Мон-Моди — Проклятой горой. Неподалеку, на расстоянии днев­ного перехода от Шамони вдоль долины Трента, находилась деревня Ле-Дьяблере, которая словно бы перенеслась из ро­дившихся здесь фантастических сказок. Сегодня этот ма­ленький, ориентированный на семейный отдых горный ку­рорт больше всего известен благодаря проведению тут Аль­пийского международного кинофестиваля; но название местечка (по-французски — «логово дьяволов») намекает на истории, которые столетия тому назад местные жители, дол­жно быть, не раз рассказывали и пересказывали друг другу, собравшись у общинных очагов и дрожа от холода, под вой суровых альпийских ветров.

Самая жуткая история из тех, что рассказывают в Ле-Дьяблере, связана с холодным и грозным ледником Тсанфлерон, название которого, как ни странно, переводится с местного наречия как «Луг с цветами». Легенда гласит, что некогда это ледяное поле над деревней было залитым сол­нечным сиянием лугом, откуда и название. Потом в эти горы явились озорные бесы и стали забавляться, швыряя камни в Кий-дю-Дьябле (Дьявольскую кеглю), громадную стоячую глыбу высоко на склоне долины. Бесов никто никогда не видел, но брошенные ими камни (здесь действительно встре­чаются валуны, выдавленные из ледника ростом ледяных кристаллов), бывало, попадали в тех немногих пастухов, у кого хватало смелости сюда подниматься. В конце концов пастухам надоели скатывающиеся валуны и они ушли с ме­стных пастбищ. Постепенно с помощью дьяволят Тсанфле-рон превратился из цветущего луга в сегодняшнюю ледяную пустошь.

Дьявольская кегля
Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


В других рассказах, связанных с этим крохотным вале-занским поселением, фигурируют печальные стоны потерян­ных душ, которые предвещают катастрофические оползни, какие произошли в 1714 и 1740 годах, и обитающие на без-людных склонах эльфы и кобольды, — не говоря уже о серванах, проказливых духах, которые в одну ночь оборачива­ются лисами, а затем, устраиваясь в темные часы суток на сеновале, прядут и вяжут шерсть из собственного хвоста.

В рожденных в горах народных легендах почти всегда присутствуют великаны. Они во множестве изображены на панно средневекового моста Капельбрюкке в Люцерне, а возле аббатства Вильтен в Инсбруке красуются статуи ве­ликанов Аймона и Тирса — последний был убит в споре с первым (аббатство же впоследствии основал сам победитель, приняв на себя такую епитимью). А если местных жителей не пугали великаны, тогда дело не обходилось без разнооб­разных диких и страшных зверей. В швейцарском кантоне Ури, который занимает пустынный район озер и высокого­рий к югу от Люцерна, специально откармливали быка, ко­торый должен был отпугнуть жившее в тех местах чудови­ще, известное как Грисс, — и в точности такой же бык до на­ших дней гордо красуется на кантональном флаге Ури.



Религия, магия и средневековое воображение



Люцерн и гора Пилатус
Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Вероятно, наиболее убедительными местными легендами Альп представляются те, что связаны с крутой, возносящей­ся под облака горой Пилатус — ее зловещего вида пик воз­вышается над спокойными водами Фирвальдштетского (Люцернского) озера. Как считается, гора названа в честь Понтия Пилата, который, если верить легенде, каждую Великую пятницу выходит из озера, что лежит почти у самой верши­ны. Если кому-то выпадет несчастье узреть его, облаченного в кроваво-красные одежды страшного судилища, то такой человек обязательно умрет в течение года. Вот как Марк Твен излагал эту историю:

По словам легенды, после распятия Христа Пилата стала мучить совесть. Он ушел из Иерусалима и бродил по свету, не находя покоя. Долгое время скитался он, скры­ваясь от людей, затем жил на горе, названной впослед­ствии его именем, среди облаков и голых утесов и нако­нец, не выдержав мучений, бросился в озеро.

Гора Пилатус в наши дни
Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Существует несколько различных вариантов легенды: по одной, Пилат будто бы покончил с собой в Риме, а тело его затем сбросили в Тибр, по другой — труп был брошен в Рону у Вьенны, но -и в том и в другом случае из воды поднялись злые духи; так что в конечном счете в качестве места, где могла бы упокоиться душа Пилата, было выбрано это гор­ное озеро, вода в нем взбурлила и беспокойно волновалась, но рядом не было никого, чтобы испугаться. (В действитель­ности название горы происходит от латинского слова pileatus, что означает «увенчанный шапкой» — облачной, разумеет­ся, в чем может удостовериться всякий, кто выйдет на бере-га Фирвальдштетского озера, решив посмотреть, где на са­мом деле находится этот вечно затянутый туманами пик.)

Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)




На протяжении столетий попытки совершить восхожде­ние на Пилатус были строго воспрещены особым указом. В 1387 году, когда шесть клириков попытались взойти на гору, их посадили в темницу. Почти два века спустя, в 1518 году, Иоахим фон Ватт, бургомистр Санкт-Галлена, добился раз­решения властей взобраться на пик и сообщил, что на вер­шине нет ничего плохого. В августе 1555 года естествоиспы­татель Конрад Геснер взошел на Пилатус и отметил покоре­ние вершины, триумфально протрубив в альпийский рожок. Затем в 1585 году пастор Иоганн Мюллер из Люцерна от­правился на гору и стал вызывать злых духов, бросая камни в серые волны озера на вершине. Но ничего не произошло. Позднее Геснер писал, что вера в злых духов, обитающих на вершине горы, не имеет «никаких raison d'etre в законах при­роды [и] не вызывает у меня никакого доверия... Со своей стороны я склонен полагать, что Пилат здесь вообще никог­да не появлялся, а доведись ему даже тут побывать, у него не было ниспосланной свыше силы помогать роду людскому либо причинять ему вред».

Конрад Гесснер
Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)




Легенда о Понтии Пилате и горе Пилатус — еще один пример того, как в средневековом сознании переплелись хри­стианство и языческие верования. В Альпах найдутся десят­ки других примеров местных историй о том, как католиче­ские монахи и священники боролись с чудовищами и демо­нами. В 1690 году коммуна Шамони заплатила епископу Анси за изгнание нечистой силы с расположенных над де­ревней ледников, которые угрожали стереть с лица земли их дома и фермы (экзорцизм помог; ледники отступили на восьмую часть мили, и епископ выставил селянам громад­ный счет за свои услуги). В XII веке, когда основание новых монастырей в Альпах переживало расцвет, группа монахов-августинцев была послана в Берхтесгаден для учреждения монастыря. Они заявили, что драконы вызывают чудовищ­ные грозы и бури, которые срывают крыши с хижин, и бежа­ли оттуда прочь, — но архиепископ вскоре отправил их об­ратно, и в конце концов в 1122 году августинский монастырь был построен. (Поведение этих монахов коренным образом отличается от того, как поступали другие иноки. Имеются архивные записи о братьях, принадлежавших к другим аль­пийским монастырям, которые взбирались на высокие пики и спали на вершинах, укрывшись только рясой, чтобы так быть ближе к Богу; должно быть, они входили в число тех немногих, кто действительно отваживался подниматься выше верхней границы лесов и восходить на скалистые пики, бросая вызов злобным тварям, которые, как считалось, там обитают.) Позже, в начале XVII столетия, во время охватив­шей всю Европу «охоты на ведьм», в горах, как считалось, от людей скрывались колдуньи, насылающие порой бури и бу­раны на деревни, ниже их убежищ в скалах.

Последние легенды, связанные с религией и магией, ро­дом из Французских Альп. Согласно одной из них, уроже­нец савойской деревни Бессанс якобы продал душу дьяво­лу, взамен приобретя сверхъестественные способности. Но, постарев, он раскаялся и отправился к папе римскому с прось­бой о прощении. Папа простил его с тем условием, чтобы он в один и тот же день прослушал мессу в Бессансе, Милане и Риме. Чтобы исполнить эту кажущуюся невозможной зада­чу, человек воспользовался своими сверхъестественными способностями — и таким образом посмеялся последним, и папу перехитрив, и добившись прощения. Благодаря извест­ности легенды, резные изображения чертей по-прежнему пользуются в Бессансе популярностью, поддерживая старин­ные традиции резьбы по дереву, которыми деревня слави­лась со Средневековья. Известны и «семь чудес Дофине» —те места или памятники, которые пропитаны мифами и ле­гендами в этом департаменте альпийской Франции. В их число входят гора Мон-Эйюий, господствующая над Веркором, на которую, как когда-то верили, спускались ангелы; в гротах Сассенаж возле Гренобля будто бы обитали феи; а у fontaine ardente (Огненного источника) возле Коль-де-Л'Арзелье якобы являлся сам дьявол.



Здесь водятся драконы



Однако все эти сказки о ведьмах, феях, страшных чудови­щах, великанах и бесах в горах отступают перед другими — теми, в которых действуют страшные, внушающие священ­ный ужас существа альпийских легенд: опасные и порази­тельные драконы.

Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


По-видимому, к Средним векам драконы обитали в Аль­пах повсеместно. Народная фантазия бережно хранила их, как ни одно другое чудо­вище, — и рассказы о них бы­ли распространены повсюду. Еще в 1723 году швейцарский ученый Иоганн-Якоб Шойхцер, профессор физики и ма­тематики Цюрихского университета, член Лондонского Ко­ролевского общества, состоявший в переписке, помимо про­чих ученых, с Исааком Ньютоном и Готфридом Лейбницем, составил подробный, кантон за кантоном, компендиум о дра­конах всех видов, о существовании которых в Швейцарских Альпах было известно. Он описывал драконов с кошачьими мордами, змееподобных, огнедышащих и не извергающих пламя; одни имели раздвоенный хвост, другие — раздвоенный язык, некоторые дурно пахли, третьи вели себя очень шумно, какие-то умели летать, а иные могли только ползать. (С точки зрения биологии наиболее причудливым экзем­пляром должен был быть такой дракон — с рыжей кошачьей головой, змеиным языком, покрытыми чешуей лапами, ярко горящими глазами и волосатым хвостом с двумя отростка­ми на конце.) Некоторые драконы щеголяли гребнями, и Шойхцер терялся в догадках, были ли эти особи мужского пола; он также зафиксировал отдельные и своеобразные ис­тории, связанные со многими из этих чудовищ. Например, дракон в Валь-Ферэ был куда дружелюбнее большинства прочих и горделиво носил инкрустированный алмазами хвост, a ouibra из Вале приносил пользу, охраняя жидкое зо­лото, спрятанное в недрах горы. Согласно Шойхцеру, один крестьянин, который случайно свалился в логово этого не­обычного дракона, сумел прожить там семь лет (хотя золота с собой не унес).

Легенда еще об одном представителе драконьего племе­ни сохранилась во Французских Альпах. Деревня Сен-Веран, знаменитая тем, что расположена выше всех прочих в горах Европы (на высоте 2040 метров), свое название полу­чила в честь архиепископа VI века, сразившегося с наводив­шим ужас на окрестности драконом, и ранившего чудовище. Когда раненый священником дракон бежал в Прованс, то из ран на его теле упало на землю двенадцать капель крови; по возникшей позднее традиции, в тех местах, где кровь впита­лась в почву, стали останавливаться на отдых пастухи, регу­лярно перегонявшие стада из долин Люберона на высоко­горные летние пастбища в Кейра.

Примерно в то же время в другой части Альп монах по имени Беат (который, подобно многим миссионерам, несшим в ту эпоху слово Божье в Альпы, был, вероятно, родом из Британии или Ирландии) странствовал по горам, имея поручение папы римского обратить языческую Швейцарию в христианскую веру. Местные жители рассказали монаху, что возле Интерлакена водится страшный дракон, который оби­тает в пещере над озером Тун. Беат отправился туда, воззвал к Святой Троице и встал у зева пещеры, высоко воздев рас­пятие, после чего тварь скатилась по горному склону и низ­верглась в озеро. Затем монах устроил себе жилище в сырой пещере и прожил там до девяноста лет, тем самым войдя в легенды как альпийский отшельник-чудотворец. Сегодня его пещера известна под названием Санкт-Беатус-Хелен — пе­щера святого Беата. Популярен экскурсионный тур из Ин­терлакена; и туристы могут добраться сюда, переправившись через озеро Тун на «Драхеншиффе» — драконьей лодке, носу которой придана форма головы огнедышащего чудовища, а с кормы над водой извивается раздвоенный хвост.

Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Драконы играли заметную роль в средневековых мифах, связанных с Люцерном, откуда они и перекочевали в тури­стические путеводители и книги. На одной из картин, кото­рыми на весь мир знаменит Капельбрюкке, — городской де­ревянный мост через реку Рейс, датируемый XIV веком, изображен местный герой Арнольд фон Винкельрид, пора­жающий дракона. Такой человек действительно существо­вал, он был уроженцем Станса возле Люцерна, и его почита­ют за подвиг, совершенный им в битве с австрийцами, при Земпахе в 1386 году, — предпринятый воином отвлекающий маневр стоил ему жизни, но привел швейцарских конфеде­ратов к победе.

Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


В 1614 году, когда художник Генрих Вегманн создавал картины для украшения моста, он решил изобра­зить Винкельрида в образе почти легендарного героя, кото­рый сражается с самым страшным из мифических альпийских чудовищ. Несколькими годами позже, в 1649 году, глава стражи Люцерна кое-что сделал в подтверждение существования рожденного фантазией Ветманна чудовища — он взошел на Пилатус и якобы увидел там дракона.

«В полете, — рас­сказывал этот достойный бюргер, — он рассыпал вокруг себя искры, подобно раскаленной докрасна подкове на наковаль­не, по которой кузнец бьет молотом». Если вернуться в Лю­церн, то совсем рядом с Капельбрюкке, в городском истори­ческом музее, в числе наиболее ценных экспонатов хранит­ся гладкий и отполированный круглый камень, размерами немного уступающий теннисному мячу, который как будто бы подтверждает увиденное начальником стражи. Ибо этот кремово-коричневый шар и есть тот знаменитый «драконий камень», который, по-видимому, обронил дракон, пролетая между горами Риги и Пилатус, громадными вершинами на берегах Фирвальдштетского озера. Если верить легенде, камень был подобран местным крестьянином в 1421 году. На­ходка сразу же превратилась в местную диковину и, как счи­талось, исцеляла всевозможные болезни. В наше время древ­ние суеверия о драконах прекрасно высмеяла одна из фирм, выпускающая туристические карты Пилатуса: карта букваль­но испещрена веселенькими красными летающими ящери­цами — одна спускается на лыжах с вершины, другая машет из окна поезда, который движется по рискованному серпан­тину по склону горы, третья нацепила солнцезащитные очки и, лежа на спине, принимает солнечные ванны на террасе отеля «Пилатус Кульм» — там кончается железнодорожная ветка. Судя по всему, в Люцерне XXI века драконы с горы Пилатус наконец-то покорены или по меньшей мере приру­чены.


Люцерн — не единственный в Альпах город, где явно одер­жимы драконами. Похоже, в Инсбруке они встречаются по­всюду. На одной из площадей этого города, Боцнерплац, дра­коны окружают фонтан, сооруженный в 1863 году в память о пятивековом владычестве Габсбургов над Тиролем; они гордо держат щиты с изображением австрийского импер­ского орла; другие их крылатые собратья извергают из рас­крытых пастей струи воды, вероятно, в насмешку над теми днями, когда люди искренне верили, что окружающие горы населены огнедышащими чудовищами. В городе на каждом шагу попадаются скульптурные изображения святого Геор­гия и поверженного им дракона, причем как на монументе Аннасэле, воздвигнутом в память о победе над баварцами в 1703 году, так и на погребальном памятнике эрцгерцогу Мак­симилиану III в Домкирхе. В другой церкви, Хофкирхе, скульптура короля Артура, одного из десяти мифических и существовавших в реальности монархов Европы, которые окружают пустой кенотаф императора Максимилиана, бук­вально кишит драконами; изображенные в виде ящериц длиной в человеческую руку, они сидят на кирасе и на плечах Артура, словно только что прилетели и опустились туда.

Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)




Драконы для Альп не уникальны — как и для Европы в целом. Древние китайцы почитали этих созданий как вла­дык неба и хранителей небесной мудрости; в христианской же традиции их образ интерпретируется в точности наобо­рот: драконы считаются крылатыми прислужниками дьяво­ла и олицетворением сатанинского зла. То, что христианство ассоциировало злых чудовищ с высокими горами, связано с искушением Христа, когда дьявол взял Христа на высокую гору и стал показывать ему все царства мира (Мф 4:8). В дей­ствительности это обстоятельство могло бы послужить клю­чом к тому, почему до эпохи романтизма горы по самой сво­ей сути считались плохими местами, причем не только в на­родной мифологии, но также и в «высокой» культуре. Едва ли не все писатели, художники и мыслители до XVIII столе­тия разделяли всеобщее отвращение к горам и смотрели на них со страхом и подозрением, и в европейском обществен­ном сознании многие века господствовало убеждение, что не стоит ждать появления чего-то хорошего в краю скалистых пиков и глубоких долин.


Низкая культура, высокое искусство



В образных представлениях Средневековья и эпохи Возрож­дения почетное место занимали гармония и идиллия сель­ской местности, ухоженные сады и ровно вспаханные поля, обнесенные оградами. По контрасту с ними горы вызывали страх, считалось, что человеку тут не место, что они при­надлежат волкам и неупокоенным духам. Подобное отноше­ние к горам было общепринятым на протяжении столетий и продержалось куда дольше темных столетий Средневековья.

«Мало найдется тех, кто не отдает предпочтения деятельному улучшению самых крупных, суровых и диких порождений природы», — писал философ Уильям Гилпин в 1791 году, — а ведь уже близилась к концу эпоха Просвещения. Бесплодные с точки зрения сельского хозяйства и эстетически отталкивающие — не говоря уже о царящем там холоде и таящихся в них опасностях, — горы считались досадным несовершенством, недостатком на лике Земли. Неудивительно, что Томас Мор придумал в «Утопии» горцев-заполетов писал, что народ этот «отличается суровостью, грубостью свирепостью». Два столетия спустя Сэмюэл Джонсон пол; гал, что горы, «существенная выпуклость», — всего лишь препятствие на пути цивилизации.

Да, есть от чего прийти в ужас....
Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Да, отважные путники пересекали Альпы через перевалы, но свою безопасность они вверяли братьям-монаха, которые содержали на вершинах перевалов монастырские гостиницы. Кое-кто из путников даже платил, чтобы его провели по перевалу с завязанными глазами: такой страшной и пугающей считалась местность вокруг. Монах из Кентербери Иоанн де Брембл, пересекавший Альпы в 1188 году, пришел в такой ужас от увиденного на перевале Большой Сен-Бернар, что взмолился в отчаянии: «Боже, возврат меня к братии, дабы я мог рассказать им, чтобы никто н приходил в эту юдоль страданий и мук» (вдобавок, co6paвшись записать что-то в путевой дневник, он обнаружил, что чернила у него замерзли, а борода задубела от стужи).

Мало что изменилось к XVII веку, когда отправившийся через Альпы в Италию Джон Ивлин отметил в своем дневнике, что его встревожил «необычный, наводящий страх отталкивающий» вид гор. В следующем веке, в 1714 год; епископ Беркли заявил: «Все, что тут наличествует, выглядит слишком жалко». Имеются десятки подобного рода cвидетельств. И схожее отношение нашло свое выражение искусстве. В 1550-х годах Питер Брейгель Старший пересек СенГотард по пути в Италию, и страшные обрывы и без­донные пропасти произвели на него столь сильное впечат­ление, что он изобразил их на своих картинах «Самоубий­ство Саула» и «Обращение Савла». В 1618 году произошла крупнейшая природная катастрофа в истории Альп: в Савойских Альпах, в Плере возле Шавенна, под лавиной погибли 2430 человек. Поэтому не приходится удивляться, что в те времена даже намека не возникало на то, что когда-нибудь горы станут почитать за их красоту и что эта тенденция бу­дет господствовать в европейской культуре.

Естественно, никто и никогда по собственному желанию не думал взбираться на горы — или, по крайней мере, почти никто. Время от времени на пики поднимались охотники на серн, в горы ходили контрабандисты или те, кто собирал гор­ные кристаллы. Одним из первых случаев, когда на гору взоб­рались просто так, стало восхождение на Мон-Инаксесибль, Недоступную гору (2086 м), — отдельно стоящую столовую гору в двадцати пяти милях южнее Гренобля, которая нави­сает над деревней Ла-Триве. В 1492 году Карл VIII, совер­шавший поездку на богомолье в Нотр-Дам-д'Энбрун, услы­шал рассказы о чудесах и сверхъестественных явлениях на вершине горы. Он приказал своему гофмейстеру Антуану де Виллю во главе отряда из десяти человек взойти на верши­ну и воочию оценить ситуацию. (Вероятно, экспедиция де Вилля также стала воплощением «вертикального колониа­лизма». Это была великая эпоха завоеваний Испании и Пор­тугалии, и французы наверняка чувствовали себя обойден­ными. Само название горы бросало вызов абсолютному мо­нарху, каким был Карл: для его верховной монаршей власти не могло быть ничего «недоступного».) При восхождении участники экспедиции использовали лестницы, веревки и молотки. Добравшись до вершины, они обнаружили горный луг, на котором паслись чуткие и настороженные серны, —но танцующих ангелов, как предсказывала местная легенда, покорители горы не увидели. За шесть дней, проведенных на вершине, они построили примитивную часовню и уста­новили три громадных креста (как на Голгофе), а сам пик переименовали в Мон-Эгюий (Игольную гору). Хотя де Вилль и члены его отряда утверждали, что жили на верши­не, как в «земном раю», поднявшаяся в 1834 году по их сле­дам экспедиция обнаружила только голые скалы, никак не напоминавшие тот зеленый пейзаж, который описывал де Вилль.

Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


За исключением отдельных случаев наподобие экспеди­ции де Вилля 1492 года горы оставались для людей в выс­шей степени пугающими и дикими и представлялись невоз­можными для восхождения. Но мало-помалу положение менялось. Оглядываясь на прошлое, можно сказать, что на­чалом конца эры суеверий, окружающих горы, стало восхож­дение на Пилатус в 1555 году Конрада Геснера, которого за­манили туда слухи о драконе, якобы спящем в озере на вер­шине. После восхождения Геснер писал о чудесном зрелище горных пиков и намекал даже, что те могут быть красивыми: «Поистине кажется, что вершины самых неприступных пи­ков находятся вне пределов тех законов, что управляют ми­ром внизу, — восклицал он, — будто бы принадлежат иным сферам». Геснер описывал чистоту воды горных источников, запах диких цветов, яркую зелень горных пастбищ, говорил о питательности и жирности молока, которое дает пасущий­ся на альпийских лугах скот; сидя в окружении пиков, он даже играл на альпийском рожке, звуки которого плыли над безлюдными склонами. «Неким неуловимым образом на [че­ловеческое] сознание накладывают свой отпечаток колос­сальные вершины, и приоткрываются намерения Великого Зодчего», — писал он, называя Альпы «театром Господа, [где] можно наблюдать... в один-единственный день... четыре времени года, весну, лето, осень и зиму... и весь небесный свод открыт взору».

Голос Геснера, разумеется, оставался одиноким; но к нему все больше прислушивались. Хотя Книга Бытие, рассказы­вая о творении, о горах не упоминала, ряд мыслителей эпо­хи Возрождения уже считал горы свидетельством того, на что способен Бог. Разве можно, вопрошали знатоки Библии, рассматривать горы как результат неудачи, досадную оплош­ность, допущенную при творении? В своем сочинении «De Venustate Mundi et de Pulchritudine Dei» («О волшебстве ми­ра и Божественной красоте») голландский монах-картезиа­нец Дионисий ван Рийкель особо выделил горы, включив те в число природных образований, обладающих естественной красотой, и назвал их «знаками Божественной щедрости» (против подобной идеи выступал в 1680-х годах англикан­ский священник Томас Бернет, который, как упоминалось в части первой, полагал горы, наряду со Всемирным потопом, частью кары Божьей, ниспосланной на человечество.) К кон­цу XVI века люди все больше следовали радикальным при­зывам Геснера и ван Рийкеля, избавляясь от страхов перед горами, и впервые начали оценивать красоту видов вблизи. В 1578 году первые подробные карты Высоких Альп изгото­вил бернский врач и географ Иоганнес Штумпф, а Йосиас Зимлер, профессор теологии Цюрихского университета, со­ветовал, какими снегоступами и веревками следует восполь­зоваться путешественникам, решившим отправиться в экс­педицию в горы.

Гесснер попал на престижную банкноту
Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Изменения в общественном сознании происходили по­степенно, но неуклонно и необратимо. Лесли Стивен, пио­нер альпинизма, писатель и биограф викторианской эпохи, позднее называл XVIII век «поворотным моментом... [до которого] цивилизованное существо еще могло, если ему бы­ло угодно, взирать на Альпы с неослабным ужасом». Разумеется, писал он, имея благоприятную возможность ретро­спективного взгляда, но по существу был прав: именно в это столетие точка зрения на горы как на средоточие зла и ужаса окончательно сделалась старомодной. Отчасти изменения в предпочтениях общества были обязаны, безусловно, росту популярности «естественной теологии» — доктрины, основ­ная предпосылка которой состоит в том, что божественное величие возможно оценить по ландшафту и что преклоне­ние перед природой есть форма поклонения Богу. Как утвер­ждали поборники новой философии, горы одновременно яв­ляются и духовно и физически возвышенными. Впервые в горах увидели результат деятельности и заботы Провидения. Однако не нужно забывать, что перемены в отношении к горам протекали скорее эволюционно, нежели революцион­но. Не все в XVIII веке следовали в русле новых пристрастий, и одним из консерваторов был Хорас Уолпол (1717-1797), граф Оксфордский и сын знаменитого премьер-министра из партии вигов, сэра Роберта Уолпола. В 1739 году младший Уолпол пересек Альпы вместе со своим старым товарищем по Итону Томасом Греем, впоследствии известным поэтом. В то время Уолпол был студентом Королевского колледжа Кембриджского университета; он решил отправиться в пу­тешествие после долгой, но сырой зимы восточной Англии. Особой радости путешествие в горы у него не вызвало. Мо­нахов монастыря Гран-Шартрез возле Гренобля он называл «одинокими повелителями величественных безрадостных видов», а позже так отозвался о горах: «Дикие скалы и не­привлекательные обитатели... Надеюсь, никогда больше их не увижу!» Уолпол описал и трагический случай с его соба­кой по кличке Тори: это «прелестнейшее, самое дорогое су­щество», спаниель короля Карла, схватил и унес прочь волк, стрелой выскочивший из леса, стоило только хозяину отпу­стить от себя четвероного друга. Примечательно, что горы, которые произвели на Уолпола столь тягостное впечатление, оказали на Грея совершен­но противоположное воздействие. В то время Грей готовил­ся к адвокатской стезе, но позже стал одним из самых обра­зованных и эрудированных поэтов XVIII века. В ландшафтах Альп он увидел величие и духовное бурление и предполо­жил, что горы являют собой плоды божественного труда в наиболее эффектной и живописной форме: «Не обрыв, не поток, не утес, но исполненные веры и благочестия», — пи­сал он. (В своем лучшем сочинении Грей с неповторимым лиризмом описал английский Озерный край и приобрел широкую известность как возвышенный летописец горных красот родной страны.)

Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)


Восемнадцатый век шел свои чередом, и все больше мне­ние таких писателей, как Грей — а позже поэтов-романти­ков, — формировало восприятие гор в кругах интеллектуа­лов, а взгляды, каких придерживался Уолпол, постепенно становились достоянием более ранней и менее просвещен­ной эпохи. Что же касается обретающихся в горах страшных чудовищ, то Генри Готч в 1877 году уведомил Альпийский клуб в Лондоне: «Кобольды и бесы давным-давно пропали из Альп, и за очень много лет не получено ни единого надеж­но удостоверенного сообщения о встрече с драконами, по­этому вполне возможно допустить, что и драконы оттуда куда-то переселились». Как мы вскоре увидим, к тому вре­мени Альпы уже открывали для себя туристы — и когда они въезжали на пики по только что проложенной по горам же­лезной дороге, то повторяли строки романтиков, таких как Байрон и Шелли. Казалось, суеверия прошлого наконец-то похоронены.

Кое-кому из побывавших в Альпах немало повезло: им посчастливилось увидеть удивительное природное явле­ние — свечение Альп, когда на утренней заре или в вечернихсумерках самое небо словно бы вспыхивает понизу яркими розовыми или красными огнями, а горы приобретают розо­вато-лиловый оттенок. Некогда считали, что подобное эф­фектное свечение небес и пиков порождается солнечным светом, отражающимся от кладов с зарытыми сокровищами, на страже которых стоят драконы. Теперь же известно, что причины необычного и поразительного феномена имеют разумное объяснение: лучи восходящего или заходящего солнца отражаются от ослепительно-белых снежных полей. Насколько неправы были древние обитатели гор, со своими фантастическими сказками и первобытными страхами! И на­сколько больше знаем мы теперь, с нашим восприятием гор и пониманием их красоты, обладая научным пониманием про­цессов горообразования! Но дело, конечно же, отнюдь не в горах — это не они менялись со временем, менялись мы сами.



Новые взгляды на горы: Жан-Жак Руссо и Альбрехт фон Галлер



Если бы произошедшие в XVIII веке громадные перемены в отношении к горам потребовалось отнести на счет одного человека, то эту заслугу следовало бы приписать Жан-Жаку Руссо (1712-1778). И действительно, позднее Лесли Стивен так определил его главнейшую роль в изменении наших пред­ставлений о горах: «Если бы Руссо судили за преступление, состоявшее в том, что горы стали объектом человеческого поклонения, то приговор ему должен выносить беспристра­стный суд»..... и далее по тексту

Книга об Альпах (Альпинизм, драконы, альпы, монблан)

95


Комментарии:
1
Да. Вот я думала-думала: почему это мне не дают эту книгу читать? А она вон какая интересная. Ну, буду терпеливо ждать своей очереди.... :)

1
я за тобой, Машик..))

0
А в каком магазине куплена?

0
Рядом с работой, т.е. с Альпиндустрией - на Измайловской площади есть книжный магазин.

-2
Опередил... :-)
Она, правда, у меня с осени лежит. Не могу в руки взять такой кирпич.
А ведь просили добрые люди рецензию написать - по хорошему :)

0
CАША, СПАСИБО!

0
Александр, спасибо. Особенно понравилось про "театр Господа" . Все времена года, все виды погоды, все виды эмоций от восторга до ужаса в одном месте, в один миг, это точно :))

Войдите на сайт или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий

Страхование экстремальных и активных видов спорта

Выберите вид спорта:
По вопросам рекламы пишите ad@risk.ru