Среднегодовая температура – минус -18 С градусов, а сейчас -33 С.
Привел нас сюда бывалый полярник – Комаров Анатолий Нилыч, аэролог, шесть зимовок в Антарктиде и столько же на Северном полюсе.

Вот говорит – 25 могил в «Мирном». (24 экспедиция по счету) - я почти всех знал.
Погибли в борьбе с суровой Природой.
Каждый оставил крупицу опыта.

Вот немецкий ученый. Лыжи привез. В Антарктиде покататься решил.
Ветер его сдул с барьера. Говорят не смог остановиться, отцепить лыжи.
С тех пор лыжи в «Мирном» запрещены.

Вот Иван Хмара. На тракторе при разгрузке под лед ушел.
Из кабины не смог выбраться. Теперь механики без кабин работают.
Лучше день померзнуть, спиртом согреться, чем вечность здесь отдыхать.
Здесь только героев хоронят.

Пошел один с пьяна, замело, да поздно нашли – голова треснула как пингвинье яйцо,
другой психанул - «домой пошел» – только шапку нашли,
третьи пили, курили и погорели – всех разгильдяев на другой остров относят,
я туда не пойду – сказал Нилыч и надолго замолчал.
Мы обошли маленькое кладбище героев-полярников.

Похожие полугробы я видел в Якутии, в Верхоянске.
Верхоянск самый малолюдный город. Стоит на вечной мерзлоте.

Там тоже проблема закопать покойника в землю – вечная мерзлота.
Летом в июльскую жару +30 градусов лопата уходит в грунт на штык, а дальше – лед.

Статус “малолюдного города” Верхоянск получил при Александре I, тогда в нем числилось 200 человек, живших в основном в тундре, но приписанных к городу.
С тех пор население увеличилось ненамного (тысяча с небольшим человек).

Городское хозяйство невелико: несколько двухэтажных бараков, один, два каменных дома на город и “море мочи” — так называют шутники талый пруд, куда летом ходит справлять нужду городское стадо.

Полугробы на вечной мерзлоте – русская традиция.
Коренные народы Якутии полугробы не признают. Им не нравятся суслики.

С появлением людей на кладбище суслики радостно выскакивают из под полугробов и кидаются навстречу. Забавно усаживаются рядком, сложат лапки в скорбной готовности – где Ваш покойник? Потом понимают – покойника сегодня не будет.
Радость преждевременная – продовольствия для суровой зимы, мы им не доставили.

Аборигены хоронят своих покойников рядом, но иначе.
Покойников обматывают тряпочными бинтами подобно фараонам и привязывают
к веточкам карликовых деревьев, чтобы суслики не достали.

Покойники быстро теряют воду и уменьшаются в размерах.
Вместе с искусственными цветами напоминают нелепые игрушки, а все кладбище – свалку новогодних елок. Кто жил? Что делал? Когда и от чего помер? Поди, разберись. Совсем не еврейское кладбище.

Политические ссыльные вписали славную страницу в историю города Верхоянска.
Сюда ссылали почти беспрерывно — декабристов, поляков, народовольцев, социал-демократов, благодаря чему Верхоянск превратился в культурный центр, где грамотность населения была на порядок выше, чем в других местах.

Это было заметно по книжному магазину до сих пор. К моему удивлению он был полон книг.
Книги только привозили. Их не изымали и не жгли.
В холодном климате они прекрасно сохранялись с времен революции.

Цены были копеечные. Я отобрал 60 килограмм книг. Продавщица не удивилась – я был не первым книголюбом, который хотел вывезти опасные революционные книги из ссылки.
Опомнившись, что мы идем на плоту в Нижнеянск, а потом самолетом, где каждый килограмм перегруза стоит бешеных денег – пришлось ограничиться одной брошюркой.

Брошюра из 20-х годов. Серия для ЛИКБЕЗОВ (Ликвидация Безграмотности).
Неизвестный мне автор талантливо разъяснял суть спора В.Ленина и Л.Троцкого
О путях развития революции. Два пассионария горячо спорили.

Лев Троцкий, со слов автора, говорил о необходимости "перманентной(непрерывной) революции".
Его аргумент – умные и глупые люди рождаются в разных странах примерно в одинаковых пропорциях. Если Советская Власть построит десятки тысяч заводов, а директора будут дураки, то фабрики будут работать менее эффективно, чем немногочисленные, но высокоэффективные предприятия капиталистов!
А значит - мы проиграем в производительности труда. А значит надо строить перманентно! По мере прироста талантливых людей.

На что В. Ленин возражал.
У нас нет времени. Капиталисты - гении. Они понимают наши преимущества. На нас пойдут войной и раздавят. Мы начнем строить десятки тысяч заводов и тут же начнем проводить "культурную революцию" – сделаем образование бесплатным для всего населения России.

У капиталистов учатся только богатые, их мало - у нас будут учиться все!
Построим Дворцы Культуры в каждом районе города. Привлечем лучших педагогов.
Мы обучим народ и найдем среди них больше талантливых людей, которые смогут возглавить предприятия.

И не возражайте мне – такого в Мире еще никто не делал. Только практика сможет показать, сможем ли мы выращивать талантливых Красных директоров и инженеров.
Реформа образования - это ключ к успеху!
Я верю – народ талантлив, страна богата, и мы сможем сделать ее лучшей в Мире!
.....

Я читал и, словно, был третьим в их споре из будущего.
Мне так хотелось им сказать – я "октябренком", со второго класса ходил во взрослую библиотеку Выборгского Дворца культуры, где в читальном зале после ужасной войны, контузии, теряя слух, мой отец учился на инженера-конструктора. А сколько было домов пионеров и школьников. Сколько там было бесплатных кружков... Это было здорово! Мы учились в кружках "умелые руки", мне это нравилось, но какой гений будет расставлять кадры?
Мне еще много чего хотелось им сказать и еще больше спросить…

Пора к дому, пурга начинается – это Нилыч выводит меня из оцепенения.

В Антарктиде человеку нельзя приказывать, — он не тормозной, просто, если чего-то не делает сразу, значит, ему еще не хочется.

- Занятие по технике безопасности на кладбище закончено – говорит Нилыч.

После таких занятий начинаешь очень любить жизнь, во всех ее проявлениях,
помнить трагические истории и следовать советам бывалых.

Возвращаемся в обсерваторию.
А под ногами снег Антарктиды — без грязи, как жизнь без вранья…