Леденящий душу рассказ Роберта Яспера:

Эйгер и проект редпойнта «Японского маршрута» привлекают мое внимание последние шесть лет. Снова и снова мой друг Roger Schali и я пробовали пролезть два известных ключевых участка –Difficult Crack и Rote Fluh.

Rote Fluh – самое крутое, наиболее сложное и отбрасывающее место на всей Северной стене Эйгера. Нашей конечной целью было пройти свободным лазаньем Японскую диретиссиму, которая проходит как раз через Rote Fluh. И мы преуспели в этом как раз к 40-й годовщине со дня создания этого маршрута.

«С 15 июля по 15 августа 1969 года японская команда (Japanese Expert Climbing Team), в том числе женщина-врач, пробивалась наверх по безжалостной диретиссиме Северной стены. Они были охвачены решимостью водрузить свой флаг – с их подписями и пожеланиями – на знаменитой вершине.


Над Difficult Crack они покинули классический маршрут первовосходителей 1938 года и начали прокладывать новую линию прямо вверх по стене. 200-метровая верхняя секция, названная Rote Fluh, – чрезвычайно крутая и большей частью нависающая – вызывает вопросы у мастеров. Пугающая, прессованная и только здесь, а потом там маленький уступчик или тонкая трещинка кроме бесконечного мрака, бездны и неустойчивости», – так описывал Toni Hiebeler в своей исторической публикации Abenteuer Eiger.


Японская команда прошла этот маршрут в 1969 году, большей частью в техническом стиле, забив 250 шлямбуров и следуя «прямой линии падающих капель воды», используя скайхуки и лесенки, способствовавшие продвижению.

Мое первое знакомство с Японской Диретиссимой состоялось в 1991 году. Во время попытки пройти маршрут в альпийском стиле я попал под ужасный камнепад на вершинной башне и был вынужден повернуть назад. Но уже тогда появился вопрос, позволит ли прессованная и пустая структура Rote Fluh пройти этот кусок свободным лазаньем, и не только его, но и весь маршрут. В любом случае ржавые шлямбура японской экспедиции не вдохновили меня лезть на пределе своих возможностей.

Roger Schali впервые попробовал этот маршрут зимой 2002-го. Тогда, вместе с Simon Anthamatten (оба – одни из самых одаренных швейцарских альпинистов) они пытались пролезть маршрут свободным лазаньем все лето 2003-го.

Информация об их попытках заставила мое сердце болезненно биться, так как они открыли один из моих «маршрутов мечты» в Альпах. Роджер и Симон работали на маршруте все лето. Они сумели пролезть свободно почти весь Rote Fluh, но были вынуждены обойти ключевой участок по страшной Harikiri-Variation с практически отсутствующей страховкой. Затем камнепад заставил их отказаться от прохождения 800-метровой вершинной башни.

К тому моменту идея пройти свободным лазаньем маршрут, полностью следуя пути японской экспедиции, полностью захватила Роджера и меня.


Чуть выше 0°С – достаточно тепло для Северной стены Эйгера. Роджер и я замечаем черные полосы текущей воды на Rote Fluh – как раз там, где мы собирались лезть. Скользкие условия ожидают нас, и мы оба серьезно обеспокоены, имеет ли смысл лезть и пробовать ключ в таком жалком состоянии. Известный восходитель Герман Буль однажды сравнил Rote Fluh с Северной стеной Westlichen Zinne: непроходима в свободном стиле.

Постоянная сложность на уровне 7b/7с, сложные боулдеринговые переходы на маленьких зацепках и микро-уступы и затем ключ – 5.13b/8a посреди Северной стены Эйгера, практически вдвое превышающей по высоте знаменитые граниты Йосемитской долины. Во время последних двух попыток Роджер и я сумели пролезть Rote Fluh свободно. В то же время мы ни разу не пролезали вершинную часть из-за ужасного качества скалы, продолжительных камнепадов, ржавых, ненадежных 40 лет назад забитых шлямбуров и плохой погоды.


Около половины зацепок Rote Fluh – сырые. Мы лезли и боролись с самими собой. Два из самых сложных питча тоже частично оказались мокрыми и нам потребовалось несколько попыток, чтобы пролезть их свободно. Мокрыми заледеневшими пальцами я брал мизер за мизером, мои тугие скальные туфли соскальзывали из-за того, что ноги онемели. Я двигался слепо заученными движениями, практически ничего не чувствуя конечностями.

Сила воли толкает меня вперед, вскрывая невиданные до сих пор внутренние ресурсы. На этой третьей попытке я наконец – едва – вылез ключевой участок. Мы можем это сделать! Следующий день (29 августа) из-за плохой погоды мы провели в нашей маленькой палатке в Stollenloch. Давление растет после обеда и по прогнозу ночью должна установиться хорошая погода. Это наш шанс.

30 августа посреди ночи мы начали наш путь, следуя лучам своих фонариков. Быстро пройдя второе ледовое поле, представляющее собой черный лед с камнями, и устремились к огромной и пугающей вершинной башне. Становится круто: Brocken Pillar, крошащаяся рыхлая скала практически без возможности поставить надежные точки, только немного старых и ржавых точек, оставшихся от японской экспедиции, много раз побитых камнями.


Свистящий звук падающего камня возвращает наше воображение к одной из известнейших историй Эйгера. Это уже слишком много от приключения. Как раз перед Centerband – местом нашего запланированного бивуака – камнепад усиливается. Камень размером с кулак попадает по каске и практически ломает ее. Хорошо хоть он не сбил меня с ног и со стены. Обеспокоенные и уставшие мы поставили палатку. Камнепад продолжался всю ночь, и камни попадали в нашу палатку не единожды. Мы очень старались дать отдых потрепанным нервам. Немного еды и питья, и мы заползли в спальные мешки.

Несмотря на все мучения, мы оба смогли немного восстановиться перед следующим днем.
Роджер и я по очереди меняемся на лидировании и продвигаемся быстро. На Sphings Pillar Роджер бьется как самурай – один из участков 6, А2. Теперь, пройденный свободным лазаньем, этот питч стал тяжелой 7b.


После нескольких «альпийских» питчей и ужасных траверсов мы, наконец, вышли на вершинное ледовое поле. Старый замороженный рюкзак, вероятно, оставленный Jeff Lowe, используем для страховки, так как взяли с собой только два ледобура.

Заходящее солнце приветствовало нас своими последними лучами, мы сбежали от нескончаемых сумерек Северной стены Эйгера и обнялись с облегчением, стоя на вершине. Мы это сделали.


Роджер и я в конце концов сделали это, и прохождение этого исторического маршрута свободным лазаньем станет ярким бриллиантом и в его, и в моей альпинистской карьере.


Robert Jasper (Mountain Hardwear, Adidas Eyewear, Lowa, Petzl , Natur Energie, Weick Executive Search , Red Chili , Leki, Krah, Beal)

Все фото в посте ©Frank Kretschmann, Franz Walter

Перевод Елены Дмитренко